Доклад Блаженнейшего Святослава «Сопричастие в жизни и свидетельстве УГКЦ»

четверг, 12 сентября 2019, 12:05
Отец и глава Украинской Греко-Католической Церкви Блаженнейший Святослав сделал главный доклад на Синоде Епископов УГКЦ, который с 1 по 10 сентября проходит в Риме. Тема выступления: «Сопричастие в жизни и свидетельстве УГКЦ».

 

ДОКЛАД

Блаженнейшего Святослава

«Сопричастие в жизни и свидетельстве УГКЦ»

 

Введение

 

Термин «сопричастие» (с греческого κοινωνια, с латинского communio) является многозначным богословским понятием. В экклезиологическом контексте оно означает богочеловеческое отношение (с греческого σχεσεις), инициатором которого является сам Господь. Это действие Божие, которым Святой Дух выводит человека из его греховной самоизоляции и вводит в сообщество, – сообщество жизни Пресвятой Троицы, делает его причастником вечной жизни. Этим сообществом, в котором всё это становится возможным и достижимым для каждого человека, есть сообщество Церкви Христовой, которую можно определить как сообщество сопричастия в Духе Святом.

Когда мы говорим о сопричастии как действии человека в Святом Духе, имеем в виду его открытость и ответ на Божью инициативу, вхождение в этот отношение с Богом и с ближним. Это происходит в сообществе Церкви, внутреннее единство которой строится по образу единства Божественных Лиц Пресвятой Троицы. Мы хорошо знаем, что именно отношение раскрывает и объявляет личность. Святой Григорий Богослов говорит, что именa Лиц Пресвятой Троицы есть не что иное, как названия отношений, в которых они находятся между собой. Подобно и в контексте церковного сопричастия каждый христианин может понять своеё имя, призвание только тогда, когда раскроется в направлении «к Другому» и когда в этом Богочеловеческом отношении станет способным к единству в любви с Богом и ближним.

Это единство тоже оказывается в целой гамме различных переживаний человека, который становится способным творить единство с Богом и другим человеком. Здесь нужно учитывать осознание собственной тождественности и принадлежности человека к определённому сообществу, его осознание «принадлежности или причастности», способность чувствовать боли и потребности другого члена того же сообщества, способность совместно переживать Божье присутствие и общий религиозный опыт. Мы часто говорим, что быть членом Восточной Католической Церкви – это какой-то особый способ быть христианином. Тот особенный способ сопричастия Киевской Церкви имеет свои особые проявления и уровни, как, например, её поместность, синодальность, глобальность в единстве-сопричастии с Преемником св. ап. Петра.

 

Ограниченный объем этого доклада не позволит мне проанализировать все эти элементы и измерения вселенского сопричастия, в котором живёт наша Церковь и к которому она стремится в своей экуменической открытости. Чтобы определить тот уровень сопричастия в жизни и свидетельстве УГКЦ, который определяет главная тема нашего Синода, я бы различил его два вида:

Ad extraсопричастие с другими поместными Церквами и общинами: как с теми, которые вместе с нами являются неотъемлемой частью Вселенской Церкви в единстве с епископом Рима, так и в отношении тех, которые не находятся в полном сопричастии с нами, но к которым мы относимся с экуменической открытостью;

Ad intraсопричастие как внутреннее единство нашей УГКЦ, Церкви, наследницы и правопреемницы киевского христианства, Церкви, которая является одновременно поместной и глобальной, которая несёт в себе тысячелетнюю историю христианского опыта украинского народа, но одновременно является Матерью для многих выходцев из разных народов и культур.

Именно над этим вторым уровнем сопричастия постараюсь вместе с вами глубже задуматься. Что сегодня нас объединяет в одну поместную Церковь? Что нас разъединяет? Как переживают сегодня это внутреннее единство наши верные, духовенство и монашество? Чего от нас в этом плане ожидает наша молодёжь? Какие практические и конкретные шаги должны сделать мы, как Синод, как епископы, которые призваны быть служителями и сторожами сопричастия, чтобы это наше внутреннее единство совместно свидетельствовать как глобальная церковная община?

 

1. Единство как проявление сущности жизни и миссии Церкви Христовой

Слово «Церковь» (с греческого εκκλησια) уже само в себе означает «созыв», это сообщество призванных. В контексте книг Нового Завета речь идёт, прежде всего, о сообществе верующих, которых сам Господь собирает со всех сторон света (ККЦ 751-752). Поэтому по самой своей сути церковная община является единством, сопричастием тех, кто «принадлежат Богу». Вот почему Догматическая конституция о Церкви «Lumen Gentium» говорит, что «Церковь во Христе будто Таинство, то есть знак и орудие глубочайшего единения с Богом и единства всего человеческого рода» (1).

По своей природе Христова Церковь одна и единая. Она единая в силу своего происхождения от Триединого Бога и своего призвания быть иконой единства Лиц Пресвятой Троицы. Она является единой учитывая своего основателя Иисуса Христа, Сына Божия, который восстановил в себе единство всех народов в едином Божием народе, что есть Его Тело. Она является единой, учитывая единого Духа Святого – источника сопричастия верующих и основы внутреннего единства Церкви (ср. ККЦ 813).

Следует напомнить, что Катехизис Католической Церкви перечисляет три видимых признака, которые в историческом и временном измерении подтверждают и удостоверяется единство и сопричастие Церкви (по-итальянски – legami visibili di comunione): исповедь единой и той самой веры, полученной от апостолов; общее служение Божьего культа и Святых Таинств; и апостольское преемство, полученное через рукоположение, что сохраняет братское единодушие Божьей семьи (ККЦ 815).

Церковь как «таинство единства» обнаруживает свою природу в Литургии, а литургические действия и жесты являются не частными действиями, а действиями всего Божьего народа, собранного и упорядоченного вокруг своего епископа (Sacrosantum Concilium, 26). Вершиной и глубочайшим проявлением единства Церкви Христовой и ее природы является Евхаристия. «Евхаристический Хлеб» – это видимый знак и символ церковного единства. Уже у ап. Павла мы находим такие слова: «Потому что один хлеб, – нас много составляет одно тело; ибо все мы причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10, 16-17). Эта павловская тема широко присутствует в патристической литературе, начиная с писаний апостольских отцов. Известная евхаристическая молитва с Дидахе (учением 12-ти апостолов) имеет такие слова: «Как этот разломанный хлеб был рассеян над горами и собран в единое, так пусть будет собрана и Церковь Твоя от концов земли в Царствие Твоё, ибо Твоя слава и сила через Иисуса Христа навеки» (9, 4).

Святой Игнатий Антиохийский в своем письме к христианам в Филадельфии развивает эту тему в направлении проявления единства Церкви, которое видимо явлено в служении епископа, главного служителя Евхаристии, вокруг которого за единым алтарём объединяются в служении его священники и дьяконы. Он пишет: «Единственным ибо есть Тело Господа Иисуса Христа и единой есть Чаша единства Его Крови; единый алтарь и единственный епископ вместе со священниками и диаконами, моими сослужителями» (IV).

Святой Серапион (†362) в своем известном Евхологионе подаёт молитву анафоры, которая распространяет эту евхаристическую икону единства Церкви на весь народ Божий Вселенской Церкви: «Тебе мы принесли этот хлеб как образ Тела Единородного (...) И так, как этот хлеб был рассеян по горах и, будучи собранным, стал единым целым, так пусть соберётся Твоя Святая Церковь из всех народов, со всех сторон, всех городов, всех сёл и домов и сделает нас единственно живой Вселенской Церковью».

Сопричастие-единство Христовой Церкви, что составляет саму её природу, проявляется в её пастырском служении. Наше свидетельство Церкви истинно, когда приоритетом нашего служения является спасение души, то есть сочетание человека с Богом в единстве сообщества детей Божьих. Любое действие или поступок члена Церкви, что будет противоречить этой цели, как, например, попытки отмежеваться от сообщества, закрыться на собственных потребностях, нуждах своего прихода, собственной епархии или страны, попытки подчеркнуть превосходство в достоинстве из-за полученных от Бога даров и пр., будет всегда осуждаться как что-то нецерковное, противоестественное для неё и несовместимое с церковным бытием. Святой Апостол Павел это определённо подчёркивает: «Ибо мы крестились в одном Духе, чтобы быть одним телом, будть то иудеи или греки, рабы или свободные, и все мы были напоены одним только Духом. Тело ведь состоит не из одного только члена, а из многих. Если бы нога сказала: "Я не рука, следовательно, не вхожу в состав тела", – разве потому не принадлежала бы к телу? И если бы ухо сказало: "Я не глаз, так что не вхожу в состав тела", – то неужели бы оно не принадлежало телу? Если бы всё тело было глазом, где же тогда слух? Если бы все это было ухом, где обоняние? Вот, Бог распределил члены – каждый из них – в теле, как хотел. Если бы все было одним членом, где было бы тело? Теперь же членов много, но тело лишь одно. Не может глаз руке сказать: "Ты мне нужна!" Или голова ногам: "Вы мне не нужны!" Ведь члены тела, которые кажутся слабее, всё равно нужны; и тем членам, которые кажутся непочётными в теле, мы, собственно, даём больше чести, и наши неприличные члены испытывают больше уважения; те же, что у нас приличные, в нём не нуждаются. Но Бог так заключил тело, дал больше чести ниже члену, чтобы не было раздора в теле, но чтобы члены заботились одинаково друг о друге. И как страдает один член, страдают все с ним члены; и как один член в славе, радуются с ним все члены. Вы же – тело Христово, и члены каждый в частности» (1 Кор. 12, 13-27). 

Если бы ап. Павел был сегодня с нами на Синоде, он задал бы те же вопросы нам, но, видимо, по-другому. Подчеркивая, что, если страдает один член, то болеет всё тело, и когда радуется один член, с ним радуются все, он, видимо, спросил бы нас: «Может ли сказать Эдмонтонская епархия Донецкому экзархату: "Вы мне не нужны"? Может ли сказать Черновицкая епархия Куритибской митрополии: "Твои проблемы – это только твои дела"? Может ли сказать Мельбурнская епархия Крымскому экзархату: "Я тебя не знаю"? Таких вопросов мы можем задать себе много, каждый по своей совести, но в каждом из них должен быть один ответ – решительное "нет!"».

 

2. Сопричастие и глобальное единство поместной УГКЦ

Перед тем как поразмышлять над внутренним единством нашей поместной УГКЦ, спросим себя: что на самом деле делает нашу Церковь глобальной? По странному Божьему замыслу наша Церковь со своей киевской колыбели распространилась по всему миру. В течение нашей церковной истории те или иные обстоятельства, порой даже кровавые и драматические, разбросали её детей на север и юг, запад и восток. Я вспоминаю слова покойного владыки Мирослава Марусина, который любил говорить, что над головой украинского священника, стоящего перед престолом Бога, никогда не заходит солнце. Но только ли география наших поселений, каждый раз новых, делает нашу Церковь глобальной? На первый взгляд, глобальность противоположна признаку локальности или местечковости... Но я думаю, что в церковном контексте речь идёт о чём-то значительно глубже.

Глобальной, думаю, делает нашу Церковь именно её внутреннее единство. Глобальной нас делает именно глобальное сообщество нашего церковного бытия. Мы, как единая поместная Церковь с центром в Киеве, являемся единым живым организмом, – единым и тем самым независимо от места его нахождения, уровня его организации и зрелости институций. Если из этого единого организма выпадет или отделится какой-то сегмент, то всё тело будет страдать, а сам отделённый фрагмент автоматически из глобального превратится в локальный (как порой мы говорим «захолустный»). Глобальной сделала нашу Церковь ее внутренняя жизненная сила «быть собой», как об этом говорил патриарх Иосиф, и сознание каждого её сына и дочери, даже с самого маленького прихода в диаспоре, что они принадлежат к большой Церкви, крупнейшей Восточной Церкви «своего права». Именно это церковное сознание помогло нашим людям, которые уже давно не говорят на украинском языке и являются потомками наших эмигрантов в четвёртом и пятом поколении, не забывать, кем они являются.

Такая глобальность не отождествляется с вселенскостью (католичеством) Церкви, но и ей не противоречит. Наоборот, она её блестящее свидетельство – свидетельство единства в разнообразии Вселенской Церкви, её богатства и полноты (с греческого το πληρωμα της εκκησιας), служителем которой является преемник ап. Петра.

Анализируя измерения и уровни общения и внутреннего единства поместной УГКЦ, хочу остановиться на трёх основных: во-первых, на признаках общей идентичности глобального сообщества нашей Церкви (так называемые «маркеры»); во-вторых, на институциональных механизмах обеспечения этого единства; в-третьих, на пастырской деятельности нашей Церкви: единства в действии. Бесспорно, что такое различение является условным и далеко не исчерпывающим. Кроме того, элементы, названные в одном измерении, могут быть легко перенесены в другое, поскольку все механизмы и средства сохранения единства должны быть проявлением нашей идентичности, как и церковные институциональные элементы, которые не помогали эффективному пастырству, были бы просто вредными и ненужными.

 

I. Признаки общей церковной идентичности. На мой взгляд, эти «маркеры идентичности» являются ни чем иным, как конкретизацией уже упомянутых выше трёх видимых признаков, по которым в историческом и временном измерении удостоверяется единство и сопричастие Церкви (по-итальянски legami visibili di comunione): исповедь одной и той же веры, общее служение Святых Таинств и апостольское преемство (ср. ККЦ 815). Эти три основы общие для единства в контексте традиции нашей Церкви, как лучи единого света, что преломляются сквозь призму нашего, именно киевского, благочестия или способа быть христианином. В результате мы имеем уникальный набор цветов именно наших «маркеров», которые характеризуют поместность нашей Церкви. На мой взгляд, этими цветами являются: литургическая и духовная, богословская, каноническая, или дисциплинарная, традиции. О них отчетливо вспоминает кан. 28 § 1 (ККСЦ). К этим четырём основным цветам многие добавляют еще такие: сознание центра всей нашей Церкви в Киеве, то есть так называемая «киевоцентричность» нашей поместности, включающей также духовное наследие наших западных земель (соборное понимание Киево-Галицкой Церкви); общая историческая память и духовный опыт, который очень ценен и интересен даже для других культур и народов, поскольку киевское христианство имеет свой опыт воплощения Слова Божия и его Премудрости в своей истории (напр., церковная память неразделённого христианства, которого не имеют другие поместные Церкви); сознание общественной и гражданской роли Церкви и ее социального служения своему народу и тому подобное. Я убеждён, что этот перечень далеко не исчерпывающий, и мы, владыки, должны серьезно изучать эти признаки и внимательно слушать друг друга, духовенство, монашество и верующих, для того чтобы усмотреть следующие. Об этом ещё пойдет речь ниже.

 

II. Институциональные уровни сопричастия нашей Церкви. Наше единство строится от локального к глобальному измерению.

Приходская община. Базовое и важнейшее измерение сопричастия, которое испытывает каждый член нашей Церкви, переживается в собственном приходе. Все признаки «Живого прихода» как сообщества сообществ помогают каждому человеку чувствовать себя членом Божьей семьи. Здесь каждый верный лично идентифицирует себя с нашей Церковью. Важным служителем церковного сопричастия становится пастырь, который строит сообщество прихода. Мы хорошо знаем, сколько усилий нужно приложить, чтобы построить единство в обществе, и как легко приход расколоть и рассорить.

Епархиальное сообщество. Ни один приход не может существовать как самодостаточный организм, закрытый в себе, в собственной зоне комфорта. Приход является базовой клеткой епархиального сообщества, которое строит и лично возглавляет местный епископ. Здесь служителем сопричастия-единства епархии является правящий архиерей вместе со своим духовенством и монашеством. Если епархия фрагментирована и между епископом и духовенством не хватает общения, доверия и братского единения, то такую ​​епархию следует считать глубоко израненной. Первые и самые важные усилия архиерея будут направлены на сплочение епархиального сообщества во всех измерениях его жизни: создание общего видения относительно миссии епархии, координации человеческих, духовных и материальных даров для этой миссии, воплощение её в жизнь совместными усилиями духовенства и верующих мирян вместе со своим пастырем.

Межъепархиальные структуры. Здесь важную роль в строительство единства на региональном уровне играют митрополичьи структуры. Сегодня в нашей Церкви существует восемь митрополий, но, по моему мнению, это звено сопричастия у нас ещё до конца не развито и его потенциал не реализован. Без таких связей сопричастия каждая наша епархия скорее похожа на «удельное княжество», чем на единый организм. Даже в тех митрополиях, где невозможно иметь полноценный митрополичий Синод, крайне необходимы хотя бы периодические митрополичьи конференции епископов для координации пастырских инициатив, формулировки общей позиции для общения с органами государственной власти и с латинской епископской конференцией этой страны, формулировки своего положения по поводу определённых общественных и религиозных вызовов.

• Синод Епископов. Синодальное устройство нашей Церкви является уникальным пространством строительства глобального единства нашей поместной Церкви. Недавно, 5 июля, на встрече с нашими митрополитами и членами Постоянного Синода Святейший Отец Франциск подчеркнул, что «недостаточно только иметь Синод, нужно быть Синодом». Из контекста этого утверждения следует акцент Папы на том, что Синод – это не какой-то «закрытый епископский корпоратив». Это общецерковное действие, которое в нашем случае имеет глобальное измерение. Участвуя в Синоде, каждый синодальный отец представляет не себя или свои личные мысли. Он становится голосом своего епархиального сообщества. Поэтому, готовясь к Синоду, каждый из нас должен внимательно слушать «сердцебиение» своей епархии и быть голосом того Божьего народа, который вверен нашей пастырской опеке. После возвращения с синодальной сессии каждый член Синода обязан передать дух синодальных решений и собственным служением сделать каждую нашу епархию живой участницей синодального действия. В своё время Блаженнейший Любомир особенно подчеркивал важность именно этого «синодального деяния». Здесь он имел в виду, что участие в Синоде не ограничивается самим присутствием. Действовать синодально – означает проникнуться ответственностью за жизнь нашей Церкви в каждой епархии и каждом экзархате, а даже жизнью наших верных в тех странах, где ещё нет наших структур. Действовать синодально означает проникнуться болями и радостями всей нашей Церкви в её сохранности. Быть Синодом – означает «идти общим путем» и быть одним целым даже тогда, когда вернёмся домой. Здесь особенно к нашим услугам наш постоянный Секретариат Синода и сессионная работа Постоянного Синода. Это действительно великий дар Божий, что мы имеем возможность постоянно шагать вместе с нашим духовенством, монашеством и мирянами в единстве между собой, несмотря на то, что живём в разных частях мира.

Патриарший Собор. Это ещё одно важное Всецерковное пространство общения всего церковного тела. Это особый момент глобального слушания, когда епархиальные сообщества могут принять участие в соборовании всей нашей Церкви напрямую, без обычного посредничества своих владык, но через избранных делегатов осуществить свою ответственность за жизнь своей Церкви в разных уголках мира. Для нас, епископов, это уникальное пространство слушания. Несмотря на то, что резолюции Патриаршего Собора имеют совещательный характер, они являются ценным голосом всего тела нашей Церкви, который мы должны выслушать и на него должны откликнуться в нашем служении. Если мы этого не делаем, это быстро вызывает недоверие среди тех, кто был приглашён к участию.

• Глава Церкви. Глава и Отец нашей поместной Церкви является знаком и служителем её глобального единства, сопричастия и развития. Это мы особенно ярко видим на примере служения праведного митрополита Андрея Шептицкого и патриарха Иосифа Слипого. Глава Церкви возглавляет Синод Епископов и без него нет Синода как такового. Именно он созывает Синоды и Патриаршие Соборы. Он бодрствует над развитием каждой епархии и служит для обеспечения её потребностей. Он провозглашает синодальные решения и церковные законы, которые потом обретают каноническую силу. Он гарант полного и видимого сопричастия нашей Церкви с преемником ап. Петра и имеет право и обязанность говорить от имени всей её полноты. Именно он служитель этого единения в любви (vinculum caritatis) всех частей нашей Церкви. Ему принадлежит особая задача пастырского окормления (ius vigilantiae) верующих нашей Церкви, особенно тех, которые находятся вне её структур. Чтобы эта опека была надлежащая, он призван заботиться о создании соответствующих пастырских ячеек, а затем об образовании новых структур (экзархатов, епархий и т. д.) Там, где этого требует добро наших верных. Его особой опеке принадлежит литургическая жизнь нашей Церкви и обеспечение единосогласия совершения Божьего культа во всех его частях. Для служения этому единству на уровне исполнительных структур служит Патриаршая курия, которая призвана помогать Главе Церкви, как и епархиальным владыкам в каждом эффективном пастырском служении. Но больше всего, он призван быть искренним верным братом для своих собратьев-епископов и хорошим духовным отцом для всей церковной общины.

 

III. Единство в действии. Мы подтверждаем и строим вместе внутреннее единство нашей Церкви, когда действуем сообща. Такая совместная церковная деятельность может иметь множество видов, и, думаю, что все мы должны находить каждый раз лучшие и эффективные способы такой работы, удостоверяющие, что мы, хотя и находимся в разных частях и Украины, и мира, на самом деле живём одной жизнью и действуем как единое тело. Я ограничусь лишь кратким напоминанием отдельных видов такого свидетельства нашего глобального единства и сопричастия, в которые мы приглашены участвовать уже сегодня.

• Внедрение в жизнь синодальных решений. Это одно из главных свидетельств нашего единства. Избрание лучшего способа воплощения в жизнь своей епархии синодальных решений, поиск компетентных лиц для этого, равно как и организация целостного пастырского служения на местах относятся к компетенции и ответственности каждого епархиального епископа. Без этого епархия фактически будет отделена от всего остального в жизни Церкви.

• Общецерковный пастырский план «Живой приход – место встречи с живым Христом» в качестве нашей общей стратегии действий на период до 2020 года стал мощным объединительным фактором, настроил на одну «пастырскую волну» наши епархиальные сообщества во всём мире. Возможно, этот пастырский план ещё не до конца реализован, но он стал очень важным знаком деятельного единства. Нам, как Синоду, следует продолжить всецерковное стратегическое планирование. Возможно, даже на этой сессии целесообразно определить наши общие приоритеты на следующие десять лет и сформировать синодальную группу для разработки этой стратегии на дальнейший период.

• Катехизис «Христос – наша Пасха». Уже сегодня можно утверждать, что этот синодальный документ стал важным инструментом не только обучение и передачи веры, но и формирования признаков общей церковной идентичности наших верных, независимо от их происхождения. Теперь каждый владыка должен почувствовать обязанность помочь своим верным пользоваться этим Катехизисом. 

• Обработка части партикулярного права. Хотя его каноны не исчерпывают всей нашей канонической традиции и работа над составлением Кодекса канонов УГКЦ ещё будет продолжаться, но публикация тех канонов партикулярного права, к которым отсылает ККВЦ, очень важное событие, свидетельствующее о нашем единстве и его строящее. Хотя, как видим, восприятие этих канонов в наших епархиях продолжается.

• Общецерковная солидарность. Обмен дарами внутри нашей Церкви, несомненно, является очень важным элементом как свидетельства, так и строительства внутреннего единства и сопричастия. Речь идёт о конкретной взаимной помощи и поддержке: кадрами, опытом, материальными ресурсами и др. Особенно ценным является опыт партнёрства отдельных приходов и епархий. Это помогает лучше узнать друг друга и строить наши отношения.

 

3. Каковы сопричастие и единство нашей Церкви сегодня?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы провели два типа социологического исследования.

Первый опрос – это избранное опрашивание через сеть епархиальных координаторов и рабочую группу для реализации Стратегии’2020. Среди респондентов были сам координатор, пастыри, монашествующие и миряне.

Анализ первого опроса:

Если говорить о маркерах единства УГКЦ, то предпочтение отдаётся духовным ценностям: восточный обряд, восточная духовность, а затем литургическо-молитвенная жизнь Церкви. Хотя украинский дух на третьем месте, это в основном было среди тех, кто отвечал на украинском языке, но этот маркер почти отсутствует в ответах на английском, португальском и испанском языках.

 

Как уже строится единство?

Когда речь идёт о том, как уже строится единство в УГКЦ, то больше внимания уделено роли Главы Церкви, его личности, пастырским посещениям и посланиям. Следует заметить, что среди неукраиноязычных подчёркивалась необходимость пастырских документов от Главы на других языках. На втором месте были общие Всецерковные паломничества, как события, дающие возможность пережить принадлежность к единой УГКЦ в молитвенном окружении. На третьем месте по количеству ответов было это наше синодальное собрание. Приятно констатировать, что наше присутствие на Синоде воспринимается Божьим народом как один из важнейших факторов в создании нашего сопричастия.

 

Что ослабляет единство?

Если говорить о том, что ослабляет сопричастие-единство УГКЦ, здесь видим критику со стороны духовных лиц, так и самокритику самых мирян: равнодушие, отсутствие знания или интереса к вопросам Церкви, слабость веры. Думаю, что эту критику мы тоже должны принять к сердцу, потому что мы несём ответственность перед Богом за передачу духа и истин веры, и нам надо искать способы, чтобы дойти до современного человека и дать ответ на его жизненные потребности. И хотя Синод считается важным фактором единства, в ответах также видим, что не все убеждены, что мы эту синодальность должным образом воплощаем в жизнь, и что в народе отмечают, когда между нами не достаточно солидарности и сотрудничества. Так же на втором месте – нехватка коммуникации, встреч, знания друг друга, что можно воспринять и как критику, и как очень положительное наблюдение, потому что в этой критике скрыто большое желание связи, встреч, совместной жизни.

 

Как укрепить единство?

Желание контакта проявляется именно в ответах на четвёртый вопрос: как укрепить единство УГКЦ? Здесь на первом месте стоят встречи-конференции с участием мирян и духовенства для углубления знания и обмена опытом. Интересно, что, несмотря на все современные возможности коммуникации, всё же больше внимания уделяется личным встречам, общению. Народ желает видеть друг друга, чувствует, что труднее интересоваться жизнью человека, которого мы не знаем. При этом второе место занимает лучшее присутствие УГКЦ в социальных сетях, которые не могут заменить личные контакты, но которые очень эффективно могут помочь поддерживать контакты между теми, которые уже между собой испытывают сопричастие-единство. Наконец, есть в предложениях подтверждение того, что выше подавалось, как важный действенный посредник духовного единства: общие молитвенные мероприятия, паломничества и тому подобное.

 

Второй опрос – это открытое опрашивание молодёжи, тоже проведённое рабочей группой. Анализ был сделан с помощью Патриаршей комиссии для молодёжи. Адресаты: молодежь 16–35 лет. В общем, получено 1265 ответов.

 

Анализ второго опроса:

Принадлежность к УГКЦ

Свою принадлежность к УГКЦ абсолютное большинство молодёжи, которая приняла участие в опросе, объяснило фактором крещения в Церкви и тем, что их родители привели именно в УГКЦ. Во многих ответах молодые люди выражают также своё удовольствие, что именно так произошло. Более того, нередко молодые люди отмечают, что, несмотря на выбор родителей, во взрослом возрасте они уже сами решили, что хотят принадлежать именно к УГКЦ. 246 человек отметили, что это их выбор. Для почти 100 человек из тех, которые заполнили анкету, важным фактором является единство с Апостольским престолом и принадлежность к Католической Церкви. В анкете только 8 человек отметили, что для них не очень важно, к какой именно Церкви принадлежать. Стоит здесь отметить на основе опыта нашей Патриаршей комиссии молодёжи, что такое настроение в молодёжной среде существенно возрастает. Нередко современные молодые люди выбирают свою принадлежность к Церкви не столько по фактору традиции или даже крещения, как по другим обстоятельствам, в частности, по человечности, соблюдению ценностей верующими и духовенством, по определённому уровню удобства и тому подобное.

 

Что вам больше всего нравится в УГКЦ?

В ответе на этот вопрос больше всего внимания молодые люди сконцентрировали на двух аспектах: на истории и деятельности Церкви. С одной стороны, молодые люди подчеркнули историческое прошлое УГКЦ, её великих личностей, обряд и литургическую традицию, устойчивость в период преследований и гонений. Позволю себе здесь сделать небольшой комментарий, что этот факт подтверждает, насколько важно говорить молодёжи об основах. С другой стороны, в интервью молодые люди подчёркивали важность более современного и понятного представления истории, догматических истин и литургики. В этом же контексте большое уважение у молодёжи вызывает то, что наша Церковь не является активным участником политических игр, а пытается донести людям правду об их личной ответственности и требовать справедливости от власти.

Другим элементом, на который обратили внимание молодые люди, является то, что УГКЦ пытается быть близкой молодёжи и современной. Особенно часто подчеркивается определённая свобода в Церкви, возможность быть собой и не чрезмерное обращение внимания на различные поведенческие «нормы» в храме. Действительно, для молодых людей эта открытость Церкви и то, что она является живой, определяет их положительное отношение. Хочу только подчеркнуть, что здесь многое зависит от местности происхождения молодых людей и их личного опыта Церкви, прежде всего, в приходе. Читая и слушая ответы молодёжи, понимаешь, что они говорят не о Церкви в целом, а о своем опыте Церкви.

Почти 200 молодых людей подчеркнули, что им импонирует проактивная и деятельная позиция Главы Церкви и священников. Более 100 человек выразили свое одобрение тех событий и мероприятий, которые УГКЦ организует и в которых они могут участвовать.

 

Как ваша Церковь может вам послужить?

Молодые люди очень много ответов дали на этот вопрос. Но есть несколько ведущих мыслей. Прежде всего, молодёжь ожидает поддержки и понимания, особенно в сложных ситуациях, в любое время вызовов и ошибок, которые они делают. Можно было бы обобщить, что молодые люди ожидают от представителей Церкви человечности.

Также молодые люди хотят в Церкви встретить Бога. Они ожидают духовного руководства, объяснения истин веры, совместного чтения Божьего Слова.

И третье важное ожидание – это время. Они бы хотели, чтобы у духовенства было для них время, чтобы на них обращали внимание и они были важны для Церкви.
 

Выводы

На основе вышесказанного можно сделать несколько выводов, которые помогли нам в нашем синодальном деянии.

 

1. Прежде всего, мы увидели, что церковное сопричастие – это межличностное отношение, источником и основой которого является действие Святого Духа в Церкви. Внутреннее единство Христовой Церкви является знаком подлинности, роста и зрелости этого отношения. Оно становится проявлением её благодатности и духоносности церковной общины как таковой, её силы и полноты жизни. Ослабление этого единства, разделения и расколы, её фрагментация болезненная – это признак греха, ведущего к ослаблению и исчезновению церковной жизни, потере самого церковного содержания наших общин или даже их исчезновения.

 

            2. Церковь не является чем-то статичным, раз и навсегда данным или зафиксированным. Она – динамичная действительность, над которой нужно постоянно бдить, строить её и в ней постоянно расти. Только вырастая в сопричастии и единстве Церкви, можно говорить о её идентичности, об особом способе бытия христянина, об этих признаках как «маркерах идентичности».
 

3. Каждый член нашей Церкви, как и наши приходы, епархии и митрополии, настолько глубоко смогут «быть собой», не ассимилироваться в этом глобальном мире, сохранить свою тождественность, уметь её передать новым поколениям и поделиться ею с другими народами, насколько мы будем ценить, строить и заботиться о внутреннем единстве глобального сообщества УГКЦ.

 

4. Внутреннее единство УГКЦ является синонимом её силы и развития, необходимым условием её жизни и осуществлением её миссии. Мы говорим, что венцом развития и роста восточной поместной Церкви является её патриарший строй и достоинство. Можно утверждать, что наш патриархат именно строится на основе развития и неуклонного скрепления внутреннего единства нашей Церкви на всех уровнях! Здесь подходит красноречивый лозунг патриаршего мирянского движения «За единство Церкви и народа!»

 

5. Ослабление этого единства, в частности с Церковью-матерью в Украине, неизбежно приведёт к ослаблению и фрагментации самой нашей церковной общины, к замиранию её структур, потере собственной идентичности и самого признака глобальности. В таких обстоятельствах даже говорить о патриархате будет наивно.

 

6. Церковь, как таинственное Тело Христово, по самой своей природе является «таинством единства», к которому призвано всё человечество. Своими особыми дарами и нашим общим служением мы, епископы УГКЦ, призваны способствовать развитию и скреплению сопричастия-единства Церкви на всех уровнях: от локального к глобальному, от поместного ко вселенскому.

 

Пусть Господь поможет всем нам, в соответствии с собственным призванием или даром служения в нашей Церкви, быть носителями и строителями её внутреннего единства.

Спасибо!

 

† СВЯТОСЛАВ

 

Синод Епископов УГКЦ

Рим, 1–10 сентября 2019 года Божьего


ПУБЛИКАЦИИ

Итоговое Обращение епископов Совета епископских конференций Европы10 октября

С гроба апостола Иакова – паломнической цели многочисленных паломников со всех уголков нашего континента, мы, епископы Совета епископских...