Глава УГКЦ: «Дела веры и морали не могут быть децентрализованы»

пятница, 23 октября 2015, 18:49
На Синоде Епископов в Ватикане завершились дискуссии в зале и обсуждения в языковых группах. Сейчас продолжается работа редакционной комиссии по подготовке итогового документа, окончательное голосование по которой состоится в субботу, 24 октября.

Отец и Глава УГКЦ Блаженнейший Святослав также принимает участие в Синоде Епископов Католической Церкви, который проходит в Ватикане. Пользуясь случаем, редактор украинской секции «Радио Ватикана» пообщался с Блаженнейшим Святославом. Во время разговора Предстоятель поделился своими размышлениями над ключевыми темами, что обсуждались во время дискуссий...

Ваше Блаженство, подходит к концу XIV обычная Ассамблея Синода Епископов Католической Церкви, которая в центр внимания поставила тему семьи. Расскажите, пожалуйста, какие центральные вопросы поднимались в синодальных дискуссиях?

Если говорить о центральной теме, сердцевине внимания отцов Синода на третьей неделе его работы, то это вопрос о возможности или невозможности допускать к Святому Причастию тех лиц, что разведены и повторно женаты. А значит, вопрос об ответственном отцовстве, как об этом говорит энциклика Папы Павла VI «Humanae vitae». Итак, эти темы были в центре внимания. Потому что именно на эти два аспекта католической морали сегодня оказывается большое давление со стороны всевозможных секулярных кругов, что вызывает серьёзное беспокойство, в частности и отцов Синода.

Когда мы говорим о разведённых и повторно женатых... Ещё Папа Бенедикт ХVI обнаружил достаточно чёткую позицию Католической Церкви в этом деле. Как во время Синода Епископов обсуждалась эта тематика? Как вообще Церковь может помочь этим людям?

Думаю, здесь есть единодушие отцов Синода, в частности оно было подтверждено, когда подводили итоги работы в малых группах. Когда мы говорим о Святом Причастии, в частности о возможности или невозможности Святого причастия для тех, кто в состоянии тяжкого греха, то это не вопрос какого-то пастырского метода, это вопрос доктрины Церкви, вопросы католической веры, понимания, с одной стороны, святости Таинства брака, а с другой стороны – святости и содержания Евхаристии как сердцевины, вершины христианской жизни.

Я бы сказал, что абсолютно во всех отчётах, заслушанных вчера, было сказано о том, что никто из отцов Синода не чувствует себя не просто компетентным, а уполномоченным ставить под вопрос веру Церкви. Даже когда возникало какое-то глубокое беспокойство, то синодальные отцы не принимали на себя ответственности даже голосовать «за» или «против», как, возможно, этого ожидали некоторые журналисты. Когда возникали спорные вопросы или необходимость уточнить тему таинственной жизни Церкви, её сакраментологии, здесь отцы Синода говорили о том, что мы просто обращаемся к Святейшему Отцу, вкладываем в его руки наш вопрос и он, как подлинный учитель и интерпретатор традиционной доктрины Церкви, поможет лучше это объяснить. Но для того чтобы наши слушатели чётко понимали, в чём заключается сегодняшняя позиция отцов Синода, мы совершенно единодушны в том, что человеку, живущему в состоянии тяжкого греха – говорим ли мы о ситуации разведённых и повторно женатых, или о любом другом грехе относительно Божьих заповедей, – к Святому причастию приступать нельзя, и учение Церкви является неизменным. Почему? Когда Церковь говорит, что кто-то в состоянии тяжкого греха не может быть допущен к Святому причастию, она этим никого не ущемляет, не унижает, а наоборот такое учение Церкви – большая опека и материнская помощь таким людям. Ведь мы знаем, согласно учению святого апостола Павла, что Святое причастие можем принять как во спасение нашей души, так и на наш суд или осуждение. Итак, в соответствии с учением святых апостолов и традиционным учением Церкви, если кто-то приступает к причастию в состоянии тяжкого греха, он ухудшает своё состояние, поскольку совершает новый тяжкий грех святотацтва. Итак, сегодня отцы размышляли, как помочь людям, живущим в состоянии тяжкого греха и как из него выйти. Какова дорога епитимьи, по которой Церковь может повести людей к обращению, покаянию, а следовательно – к возможности исравиться. Потому что это те условия, благодаря которым человек может излечиться от состояния тяжкого греха.

Здесь интересен вклад именно Восточных Церквей в дискуссию, потому что где-то, возможно, на западе понятие о грехе более юридическое. То есть грех как определённое преступление закона, за которое наступает определённая кара. Поэтому у многих простых людей складывается такое впечатление: ага, раз я нарушил закон, значит, тогда я буду наказан. Невозможность причастия – это наказание для меня... Ну, давайте теперь начнём просить Церковь, чтобы это наказание тем или иным способом можно было смягчить или отменить. В восточной церковной духовности грех понимается не как преступление какого-то закона, а как страшная болезнь, требующая лечения. То есть всякая практика епитимьи, в понимании восточного богословия, – лечебная, терапевтическая. Таким образом, мы помогаем понять многим нашим собратьям в епископстве, что традиционное учение Церкви о практике епитимьи, о возможности или невозможности Святого причастия для живущих в состоянии тяжкого греха, – это не какая-то суровая кара для человека, а путь лечения и оздоровления человеческой души.

Из этих слов можно сделать вывод, что Синод Епископов не компетентен, например, в материи догматической, чтобы сделать определённые изменения, чего, видимо, многие ожидали в теме брака... Какова роль Синода Епископов Католической Церкви, если мы говорим о супружестве?

Я бы хотел кратко объяснить компетенциию Синода, потому что действительно могу предположить, что в определённой степени после завершения Синода, будет некоторое разочарование у тех, кто ожидал сенсации. Папский Синод не имеет компетенции принимать решения и издавать законы, тем более какие-то нормы, которые бы могли менять нынешнюю практику Церкви. Ибо Папский Синод, в отличие от синодов Восточных Церквей, не законодательный орган, а лишь совещательный. Интересно, что, когда были обнародованы итоги работы в группах, кое-кто даже просил уточнить название конечного документа Синода. То есть, это советы Синода Святейшему Отцу. Для Папы Синод епископов является совещательным органом, поэтому Святейший Отец компетентен издавать те или иные законодательные акты. Для него очень важно слышать Церковь, как это понимают отцы, для того чтобы уточнять доктрину Церкви, согласно с её традиционным учением, дабы люди могли лучше, полнее её понимать и жить в соответствии с нею. Некоторые отцы говорили о том, что мы совершенно не чувствуем себя компетентными даже советовать что-то в случае определённых гипотез изменения доктрины Церкви о Святом причастии тех, кто находится в состоянии тяжкого греха. Мы абсолютно единодушны в том, что сегодня Церковь должна защитить святость и достоинство супружеской жизни как неразрывного союза любви между мужчиной и женщиной. Один из отцов сказал, что в таком жизненном деле, как причастие для повторно женатых или ещё не получивших декларацию об анулировании первого брака, мы не чувствуем себя компетентными занимать какое-то положение. И, по его мнению, на этот вопрос должен был бы ответить, кроме Папы, только Вселенский Собор. Вот видите, с каким благоговением отцы Синода относятся к традиционному учению Церкви и действительно чувствуют, что они не хозяева учения Церкви, той Богом объявленной правды о браке и семье, а лишь слуги той истины, которую должны возвещать.

Рассматривали ли синодальные отцы вопрос однополых браков, возможность их существования?

В рабочем документе в целом вообще вопрос явления гомосексуализма поднимался. Но отцы сразу сказали, что оно не имеет никакого отношения к вопросу семьи, потому что однополую жизнь нельзя назвать браком. И как бы некие международные лобби не давили на Церковь, она, согласно своей совести и будучи верной учению Святого Писания, не изменит своего учения. Поэтому некоторые отцы решительно высказывались о том, что вопрос гомосексуализма нужно исключить из конечного документа, поскольку он не имеет ничего общего с темой Синода – «Призвание и роль христианской семьи в Церкви и в мире». Это вопрос отдельного учения Церкви о полах и здесь совершенно неуместен.

Но, с другой стороны, шла речь о том, что человеческая личность, какими бы грехами она ни была обременена, есть и остаётся всегда образом и подобием Божием. Человека мы всегда должны уважать, независимо от того, каковы его поступки. Мы уважаем личность, но решительно предостерегаем её от грехов. Мы с уважением относимся к грешнику, но не можем никогда одобрять его грехов. Это различие всегда присутствует в дискуссиях синодальных отцов. Поэтому в теме гомосексуализма между отцами абсолютное единодушие. Это очень большая трагедия, большое моральное зло – пропаганда гомосексуализма как некоей модели поведения или даже попытки на законодательном уровне приравнять такой вид сожительства к семье. Такого типа давление – пренебрежение семьи и института брака.

Перед Синодом епископов были поставлены чёткие цели – взглянуть на современное состояние семьи и поразмыслить над пастырством семьи. На что больше всего в этом аспекте отцы синода обратили внимание?

Я бы хотел напомнить три основные темы.

В первую очередь, именно из-за того, что институт семьи как таковой находится под сильным давлением, стал мишенью современных нападок на Католическую Церковь, все говорили о необходимости основательно продумать путь подготовки молодой пары к Тайне брака. Кое-кто говорил, что подготовка может быть подобна новициату, когда сначала надо помочь человеку обратиться к Богу, найти корни христианской веры в себе, стать действительно живым членом Церкви Христовой и членом живого прихода, чтобы потом в Церкви, в приходе можно было торжественно заключить Таинство брака. То есть эта дорога приготовления к браку из-за того, что много людей отходит от Церкви, теряет понимание христианской веры как таковой, и это делает невозможным сегодня серьёзно относиться к вопросу семьи и даже достойно заключать брак, достойно получать Таинство супружества в Церкви. Поэтому надо переосмыслить процесс подготовки и помочь людям, которые сегодня часто имеют совершенно разные идеи, взгляды на семью от тех, которым учит Католическая Церковь.

Вторая тема, что была в центре внимания, – каким образом сопровождать молодую семью, если она уже обвенчана. Потому что есть немало примеров, как кого-то готовили к браку, обвенчали, а затем покинули на произвол судьбы. В частности, многие священники говорили, что деликатными и уязвимыми являются первые пять лет супружеской жизни. И именно в это время молодые пары требуют особого сопровождения. Шла речь о том, что не только священники, но и другие зрелые супружеские пары в приходе должны сопровождать таких молодых в первые годах их брака.

Третья тема касалась пастырской опеки над теми, кто разведён, кто пережил драму, в частности над живущими таком тяжелом состоянии после развода, и кто повторно женат. Хотя они живут в состоянии тяжкого греха, из которого сами не знают, как выйти, но они не выброшены, не исключены из церковного тела. Таким людям необходимо особое внимание. В первую очередь надо им помочь еженедельно присутствовать на мессе. Надо интересоваться их личной жизнью. Помочь им понять, почему произошла трагедия развода, помочь им прозреть в свете Божьего слова Христова Евангелия и увидеть их современное состояние. А затем искать способы, как из него выйти. Много говорилось о том, что нужно помочь людям разобраться в своей совести, поскольку многие разведённые и повторно женатые де-факто не до конца сознательно и добровольно попали в то состояние. Объективно они остались в состоянии тяжкого греха, но субъективно – не всегда их личная ответственность за такое состояние полная. Если до конца не было свободной воли, что человек стал заложником тех или иных обстоятельств, то здесь нужно хорошее духовное руководство, которое поможет человеку разобраться в личной ответственности за грешное состояние, в котором он живёт. И здесь мы много говорили как о традиционной католической морали, так и о новейших рассуждениях, что помогли бы людям разобраться в очень деликатных вопросах их совести.

В своей речи 17 октября по случаю празднования 50-летия Синода епископов Католической Церкви Святейший Отец Франциск подчеркнул необходимость децентрализации в Церкви. Что это означает и какое влияние может иметь на догматическое учение или пастырство семей?

Я бы хотел несколько изменить акценты. Святейший Отец говорил о необходимости развития синодальности Церкви. Он хорошо сказал, что означает «синодальность» Церкви: что Папа не является больше Церковью, что Церковь – это Божий народ. О себе он сказал: я крещён среди крещённых, я есть епископ среди епископов, я есть преемник апостола Петра, епископ Рима – той Церкви, которая главенствует над всеми Церквями в любви. Думаю, это очень интересный образ, который нарисовал Святейший Отец. И говоря о необходимости такой здоровой децентрализации, он пытался подчеркнуть большую ответственность местных епископов и местных епископских конференций за жизнь Церкви в той или иной стране. Здесь, думаю, для нас, восточных католиков очень интересно слышать такой призыв Святейшего Отца всей Католической Церкви – идти дорогой синодального бытия. Потому что все Восточные Церкви – синодальные. Когда Папа говорит о децентрализации, то здесь стоит употребить слово «здоровая» децентрализация. Это именно его желание: предоставить большую роль и полномочия местным епископским конференциям в тех или иных странах. Я бы сказал, что это и есть призыв, чтобы латинские епископские конференции, возможно, со временем получили такие полномочия, которые есть сегодня у Восточных Католических Церквей.

Дела веры и морали не могут быть децентрализованы. Каждая отдельная церковная община в той или иной стране не может иметь свою отдельную веру или свою отдельную мораль

Приведу маленький пример. Местная латинская епископская конференция не выбирает епископов, не имеет права создавать новые епархии. Всё это решается в Риме, в Римской курии. Синод епископов Восточной Церкви, в частности Украинской Греко-Католической Церкви, сам выбирает епископов для своей Церкви. Мы решением Синода создаём новые епархии, новые митрополии, решением нашего Синода издаём законы партикулярного права, согласно которым живёт наша Церковь. Зато местная епископская конференция Римско-Католической Церкви не имеет такого законодательного права. Поэтому, думаю, эта здоровая децентрализация как раз является шагом для латинского епископата к тому образу церковного бытия, по которому живёт сегодня, в частности, Украинская Греко-Католическая Церковь, являющаяся действительно синодальной по своей структуре. Синод вместе с Главой Церкви составляет церковное тело, которое соответствует благоустройству и пастырскому служению своей Церкви своего права.

И по моему мнению, есть несколько основ, не подлежащих децентрализации. Первое – не может подлежать децентрализации вероучение и мораль. Дела веры и морали не могут быть децентрализованы. Каждая отдельная церковная община в той или иной стране не может иметь свою отдельную веру или мораль. Признаком католицизма Церкви стало то, что в целом мире она одинаково учит, одинаково исполняет Божьи заповеди и чтит Святые Таинства. Если бы это было децентрализовано, то Церковь потеряла бы свой удельную признак католицизма. Здесь, возможно, было некоторое недопонимание, даже в светских медиа, поскольку вопрос о децентрализации прозвучал в контексте Папского Синода об учении Церкви о супружестве и семье. Есть ещё два аспекта церковного бытия, которые должны быть сохранены для целой Церкви. Это вопрос Литургии, в частности, когда речь идёт о Латинской Церкви, и вопрос о церковном законодательстве, которое в своей основе должно быть единым для всей Церкви, хотя некоторые страны могут иметь свои местные обычаи – это то, что мы в своём праве называем партикулярным правом. Поэтому, думаю, шаг к децентрализации должен быть, в первую очередь, шагом Папы и Апостольской столицы к полноте жизни Восточных Католических Церквей. И я надеюсь, что такой синодальный путь будет интересен и полезен для Католической Церкви.

Такая здоровая децентрализация не скажется ли на догматическом учении Церкви о семье. А в пастырстве?

Думаю, это тоже важная мысль, прозвучавшая как результат работы в группах, в частности, когда речь идёт о Святом причастии для разведённых и повторно женатых. Этот вопрос совершенно не может быть предметом децентрализации, ибо, как было сказано в англоязычной группе «А», если  вопрос веры и морали отдать на рассмотрение местных епископских конференций, то это бы нанесло большой вред единству Католической Церкви, общему учению и пониманию Святых Таинств, а также видимому свидетельству веры Церкви Христовой. Такой вопрос не подлежит децентрализации. Хотя де-факто в африканских странах Церковь сталкивается с проблемой полигамии, чего, например, в Европе нет. Когда речь идёт о христианской Церкви в мусульманских странах, тоже очень серьёзно стоит вопрос смешанных браков. Когда, например, христианские подруги действительно есть опасность утраты веры, ибо в мусульманском браке является прямое давление отречься от христианской веры. И почти не возможно воспитывать детей в христианской вере. То есть есть различные конкретные случаи, но, имея одинаковые принципы, способ их конкретного исполнения в тех или иных культурах, которые имеют свои вызовы, может быть разный. Но дорога, по которой Церковь ведет своих людей в разных культурах, – это дорога к полноте жизни семьи и супругов, согласно учения Иисуса Христа.

Через несколько дней заканчивается Синод епископов в Ватикане. Как известно, будет финальный документ relatio finale...

Была работа в группах, были выступления отцов в синодальном зале... Теперь Святейший Отец назначил редакционную группу, которая имеет все мнения, замечания, просьбы, предложения оформить в виде одного документа. Поэтому он и называется relatio finale – заключительный отчет. Этот конечный документ представят вниманию отцов в конце этой недели и каждый его параграф будет голосоваться. Для того, чтобы он был принят, необходимо две трети голосов. Этот документ является документом, который будет направлен Святейшему Отцу. Он не является решением Синода, он не имеет никакой силы какого-либо закона, который бы Святейший Отец должен был выполнять. Это де-факто совет Святейшему Отцу отцов Синода, которые представляют разные страны, разные епископские конференции и Восточные Церкви своего права. Святейший Отец может принять во внимание эти мнения или советы или не принять. По итогом предыдущих Синодов, после каждого такого деяния выходил отдельный пастырский письмо Святейшего Отца, который назывался Посинодальним Папским посланием. Затем Святейший Отец издавал свой документ, который имел нормативный характер. Каким будет этот итоговый документ и каким будет это постсинодальное послание Папы, увидим. Но мы все надеемся, что члены редакционной группы очень добросовестно и правдиво осветят все мысли, которые были освещены и озвучены в синодальной зале, чтобы можно было это представить как итог нашего синодального деяния.

Выслушав ряд докладов, которые прозвучали в синодном зале заседаний, с каким призывом вы хотели бы обратиться к священникам?

В первую очередь – дорогие отцы, бодрствуйте над христианской семьей. Очень ответственно приготовляйте молодых супругов до брака, потому что потом жизнь поставит перед серьезным испытанием и ваш труд и, в частности, личную жизнь и счастье тех молодых людей. Бодрствуйте над христианской семьей, в частности в первые пять лет ее жизни. Будьте близким другом и духовным отцом наших молодых супружеских пар. С особым вниманием относитесь к тем, кто потерпел большое разочарование и травму развода. Бодрствуйте над этими людьми, помогайте им утвердиться в их христианской вере и найти свет слова Божьего и благодать Духа Святого, чтобы оздоровиться от ран, которые они понесли. Я уже неоднократно повторял, что в ХХ веке христианская семья спасла и защитила нашу Церковь. А сегодня нашим святым долгом является защитить и спасти христианскую семью.

Беседовал о. Феодосий Грень, ОСВВ

ПУБЛИКАЦИИ

«Украина выстояла» – Глава УГКЦ о самом важном в 2017 году12 декабря

В очередном выпуске передачи интерактивного проекта «Открытая Церковь», который был последним в 2017-ом, Отец и Глава УГКЦ Блаженнейший...

АНОНСЫ